Неоадъювантная камрелизумаб (антитело против PD-1) в комбинации с химиотерапией или апатинибом (ингибитор VEGFR-2) при изначально нерезектабельном НМРЛ стадии II–III: многоцентровое двухрукавное разведывательное исследование фазы 2

В многоцентровом двухрукавном исследовании фазы 2 оценивались эффективность и безопасность неоадъювантной терапии камрелизумабом в сочетании с химиотерапией или апатинибом у пациентов с изначально нерезектабельным немелкоклеточным раком лёгкого (НМРЛ) стадии II–III. Допускались пациенты независимо от экспрессии PD-L1: в рукаве A пациенты получали неоадъювантную камрелизумаб 200 мг и платиновую двойную химиотерапию каждые 3 недели, в рукаве B пациенты с опухолями, положительными по PD-L1, получали неоадъювантную камрелизумаб и апатиниб 250 мг один раз в сутки, в обоих случаях 2–4 цикла, с последующей операцией. Первичная конечная точка — частота выраженного патологического ответа (major pathological response, MPR). В исследование были включены 30 пациентов в рукаве A и 21 в рукаве B. Частота операций составила 50,0% (15/30) в рукаве A и 42,9% (9/21) в рукаве B; у всех прооперированных выполнены радикальные резекции R0. Среди этих пациентов частоты MPR и патологического полного ответа в рукаве A составляли по 20,0% (95% ДИ 4,3–48,1), а в рукаве B — 55,6% (95% ДИ 21,2–86,3) и 11,1% (95% ДИ 0,3–48,2) соответственно. Соответствующие объективные ответы составили 33,3% (95% ДИ 11,8–61,6) в рукаве A и 55,6% (95% ДИ 21,2–86,3) в рукаве B. При медиане наблюдения 22,4 месяцев (95% ДИ 19,0–26,0) медиана безсобытийной выживаемости не достигнута (NR; 95% ДИ 13,6–NR) в рукаве A и составила 16,8 месяца (95% ДИ 8,6–NR) в рукаве B. Градус 3 и выше побочных явлений, связанных с лечением, зарегистрирован у восьми (26,7%) пациентов в рукаве A и у трёх (14,3%) в рукаве B. Анализ биомаркеров показал, что исходная экспрессия TYROBP предсказывала ответ на лечение в рукаве B. Неоадъювантная терапия камрелизумабом в сочетании с химиотерапией или апатинибом продемонстрировала предварительную эффективность и контролируемую токсичность у пациентов с изначально нерезектабельным НМРЛ стадии II–III.